Supafly: «Мы были в России около двухсот раз»

В минувшую пятницу дуэт Supafly Inc. гостил в ночном клубе «Платинум» — двухчасовое выступление лондонцев надолго запомнится калининградским клабберам. «Афиша Нового Калининграда.Ru» стала свидетелем, пожалуй, лучшей вечеринки января и пообщалась с музыкантами накануне их выступления.

— Сколько раз вы были в России, кто-нибудь считает? Только в нашем городе вы уже в четвертый или пятый раз.

Уан (парень с микрофоном): Много. Нет, никто не считает.

Мистер Пи (парень за вертушками): Я бы сказал, около двухсот раз. А может быть, и больше. Так, ну если представить, что мы приезжаем в среднем по тридцать раз в год с 2007 года, то где-то так и выходит — около двухсот раз. Вопрос только в том, куда все деньги деваются (оба смеются).

— Наверное, Россия самое излюбленное место для вас, а что вы знаете о нашей стране?

Мистер Пи: Что мы знаем о России? У вас хорошая еда, иногда бывает холодно и люди хорошо выглядят.

Уан: Да, очень хорошо.

— Люди или девушки?

Мистер Пи: Ну я пытаюсь быть корректным, но если ты хочешь правду, то да, девушки очень красивые.

— Ну, а есть у вас любимая русская еда?

Уан: Пэнкейкс, блины с грибами.

Мистер Пи: (пытается выговорить названия по-русски) Фаршированный перец, вареники, блины, а, блины уже были, пельмени… Нам нравится вся русская еда.

— А как насчет русского языка?

Мистер Пи: (опять по-русски) Чуть-чуть.

Уан: Нам нравится русский язык, но мы бы хотели знать его лучше.

— Ну, а что вас останавливает?

Мистер Пи: Язык (смеются). У меня память как у золотой рыбки (английская поговорка, намекающая на короткую память рыб — прим. «Афиши Нового Калининграда.Ru»).

— А что вы знаете о Калининграде? Вы знаете, что наш город отделен от остальной России?

Уан: Да, да.

Мистер Пи: Да, мы заметили, что вы отобрали его у немцев (смеется).

— Да, это немного грустно.

Мистер Пи: Это не грустно, это победа. Это плата за Вторую мировую войну.

— Да, но когда ты думаешь о том, что люди живут в квартирах, которые принадлежали когда-то немцам…

Уан: Правда?

Мистер Пи: А как насчет 29 миллионов русских людей, которые погибли? Друг мой, они должны были подумать об этом до того, как они напали на Россию.

— Хорошо, сменим тему. Где вам нравится выступать, кроме России?

Уан: Ты знаешь, нам нравится выступать там, где тепло и есть пляж и солнце (оба смеются).

— Обидно, что вместо этого вам приходится ездить в Россию по тридцать раз в год.

Оба: Нет, нет, все нормально.

Уан: Смотри, после жары тебе хочется в холод, а после холода — погреться. И это идеально.

Мистер Пи: Ты знаешь, мы играли и на русских вечеринках в тепле. Многие русские люди приглашают нас выступать в Египте, Марокко, Таиланде. Особенно богатые русские. У них вечеринка в Таиланде, и они думают: почему бы нам не позвать этих двух психов? И мы внезапно оказываемся в Таиланде и едим пельмени на русской вечеринке (оба смеются).

— Как-то о вас совсем не слышно в последнее время. Над чем работаете сейчас?

Мистер Пи: А ты слышал песню Happiness?

— Да, мы поговорим о ней позже. Может, есть что-то более свежее?

Мистер Пи: Мы делаем трек с Nervo, ты знаешь этих двух девочек?

— Да, они из Австралии вроде?

Мистер Пи: Нет, они живут в Лондоне. Хотя они могут быть и из Австралии. А еще мы переделываем песню «Let’s Get Down». И планируем для этого пригласить больших американских рэпперов.

— Каких?

Мистер Пи: Мы пока точно не знаем.

— Ну хорошо, услышим. Ну, а теперь насчет вашей последней работы Happiness. Она была весьма интересной и нехарактерной для вас. Значит ли это, что Supafly двигаются в другом направлении?

Мистер Пи: Supafly всегда двигались в другом направлении. Это просто общественность всегда хотела думать о нас по-другому. Ты понимаешь?

— Да, у вас были и медленные песни, но в клубах всегда играют только ремиксы на них.

Мистер Пи: Да, в то время, когда «Let’s Get Down» была популярна, у нас был целый альбом в стиле downtempo. Но все слушали «Let’s Get Down» и думали, что Supafly — это именно оно.

— Как выглядит ваша работа в студии?

Мистер Пи: В студии мы делаем то же самое. Едим много и иногда работаем (смеются). Ну а если честно, причина, по которой мы выпускаем так мало нового, в том, что мы много выступаем. Потому что, когда ты в отъезде каждые выходные, тебе нужна пара дней, чтобы восстановиться.

Уан: Ну а когда ты восстановил силы, пора снова отправляться в дорогу. Идеальная жизнь.

— Но я все-таки надеюсь услышать от вас в ближайшее время что-нибудь новенькое.

Мистер Пи: — Конечно. Так тебе не понравилась песня «Happiness» (смеется)?

— Ты знаешь, пока я готовился к интервью, я смотрел этот клип, слушал ваш промо-микс, и мне она понравилась. Сначала она кажется странной, но послушав ее пару раз, понимаешь, что она хороша и легко запоминается. Вот. Ну и последний вопрос: чем отличаются российские и английские ночные клубы?

Уан: В России есть клубы, а в Англии их нет (смеются). В Англии бары. Сейчас другое время. Клубы остались в прошлом.

Мистер Пи: Да, сейчас популярны дискотечные бары. В девяностых все дело было в клубах. А сейчас днем это может быть ресторан, а вечером он будет клубом. И многие клубы в Англии сейчас играют хаус, потом R’n’B и хип-хоп, потом дабстеп и даже рок.

— Ну а большие клубы?

Уан: Нет больше больших клубов.

Мистер Пи: Ну есть Minisrty (Ministry of Sound Club — прим. «Афиши Нового Калининграда.Ru»), это такое место, где всегда много туристов, потому что марка очень раскручена. И есть Fabric. Это, пожалуй, последний большой клуб в Лондоне.

Текст — Олег САМАРИН, фото — Денис ТУГОЛУКОВ